Марго Па (margopa) wrote,
Марго Па
margopa

Светопадение

Испанский цикл стихов

Волосы отрастут, – меня заверяли.
И обкорнали, чтобы на солнце не выгорали.
Так и лишаются тяжести головы.

Costa Dorada, золотое побережье Испании...
здесь с трудом привыкаю
к радостям бытия и короткой стрижке.
В голубое кафе вхожу, как в образ мальчишки.
И остаюсь среди ветеранов на тропе любви.

А за плечами мир разламывается на куски,
он ещё виден в проёме двери,
но мне, как Самсону силу, отстригли память.
Это комната отдыха в земном доме войны.

Мы пьём сангрию в захолустье счастья
и наедине с собой учимся быть настоящими,
потому что самые страшные войны ведут внутри.
Что нас держит вместе, кроме руки?
И того, что ромом горчат все сласти?

За крайним столиком улыбнётся старик.
Безмятежной улыбкой, бесстрастной.
Так улыбаются боги языческие – христианским.
Они мир потеряли, но остались в живых.

Сколько же мне отмерено боли?
Старик расплачивается и молча уходит.
Кафе на пляже – не край мира и не конец света,
не привал, не тупик,
а только
середина пути.


****

Как море утрачивает горизонт, сливаясь с небом,
так я теряю свою суть, ныряя в вечность.
Ночь поглощает всех.



****

Время ткёт полотно Вселенной,
художники режут его на холсты.
Картины, совершённые в глубине немоты
предрассветного неба, обретают бессмертие.
В этом мгновении тишины
проступают черты
лика тысячелетий,
как в пророческом сне,
когда в бездну падает Люцифер,
веруя, что летит,
а люди видят восход Венеры,
утренней звезды, богини любви.

Ибо что есть свет,
как не бесконечность падения?


 ****

Барселона. В кружении теней платановых аллей
два силуэта проявляет свет:
красавец-идальго и девочка-шпингалет.
Этот сон наяву я лелею,
как шедевр, как тайное наважденье...

Её тонкие ножки слоников Дали, чёрное платье-мини,
в вырезе на спине то ли родимые пятна, то ли шрамы.
И абрис выбритой головы в солнечном сиянии,
как в нимбе.

Сотни испанок с длинными жгуче-чёрными волосами
прильнут к его груди – и сгинут в чужих объятиях.
А за неё он вырежет пол-Каталонии.
Как же она смеялась!

Это дьявольский смех, так смеётся сама любовь.
Я бы шагнула за ними за пределы картины, на край света,
но поднимаюсь по трапу в самолёт – в осень, как на эшафот.
И клянусь себе написать роман о городе вечного лета.

Где кричат зелёные попугаи,
собаки за мячиками в фонтаны ныряют,
улочки пахнут горячим хлебом и оливковым маслом,
а на их перекрёстках расстаются только трамваи.

Я теперь знаю: памяти постоянство
постигают в неутолимой тоске по раю,
безвольно отступив под сень платанов,
–  став тенью среди теней.


****


Осень – время memento mori,
ежегодная пантомима
природы.
Помни: мы все заменимы,
как клетки сверхчеловеческой крови.
Умрут одни, народятся другие.
Падают листья. И молчанием скорби
опечатан мой город.
Замкнуты все уста:
и летних веранд
кофеен,
и домашних окон.

Осенью я превращаюсь в прах,
замурованный в четырёх стенах.
Пью не пьянея,
не испытываю ни голода, ни насыщенья,
шью плащи по чужим меркам
и ношу на чужих плечах.

Осенью трудно в себя поверить,
это время,
когда моё отражение
рассыпается в зеркалах.


****

Но снится мне Таррагона,
воскресший в Испании Рим.
Как воскресает он всюду в мире,
коронованный временем пилигрим,
образ вечного возращения.

Если бессонными и бесчисленными ночами
созерцать с гостиничного балкона
камни древних развалин,
станешь философом.
Живительно одиночество
покинутых всеми окраин,
мертва толчея мегаполисов.

Окаменевший Пилат смотрит в море,
постигая своё запредельное постоянство.
Больше не дрогнет,
в истине не сомневаются.

Плащ его с кровавым подбоем
на ветру, как на костре времени, испепеляется.
Ветер – враг памяти, пепел – цвет руин.
Я вылавливаю слова из камня,
как сокровища затонувших кораблей из морских глубин.

– Так всё-таки, куда ехать? – спрашивает таксист, –
– Я не знаю, где римский акведук, но знаю, где Pont Diabolo
у реки, поросшей кедровым лесом.
Что ж... Докури последнюю сигарету, смертник.
Поскользнись на камнях моста, упади, в кровь изранься.
Люцифер не признает иных чернил.
Бог и дьявол сливаются в ипостаси
Венеры, римской богини любви.
И ты веришь, что сможешь создать
шедевр из этих тёмных и страстных снов,
превозмогая землю, материю, свет, отчаяние и любовь.

Искусство предназначено для безумцев,
отвергших богов,
придуманных для смирения с непостижимым.
А ты падая освободилась
от их оков.



****


Нить судьбы человечества
парки прядут из наших волос.
И пока умираем – пряжа не кончится.
Кем бы ты ни был, время наматывает на веретено.
Хочется после себя оставить кровь и песок,
а хватает только на пыль и сукровицу.

Пепел вчерашних солнц
не вспомнит, как был очагом Вселенной.
Вырежи из страницы птицу
– улетит, но не превратится в феникса.
Так не сберечь письмо от огня.

Недописанное не горит,
сила – в словах на конце пера.


сентябрь 2014
Испания, Каталония

Ситжес - Барселона - Таррагона


 
Tags: Испания, Отголоски, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments