Марго Па (margopa) wrote,
Марго Па
margopa

Обрыв…


«Любите ли вы театр так, как люблю его я?»

_DSC7298_small
Москва театральная! Фонари Камергерского мне всегда напоминали подвесные домики о четырёх углах, обиталища муз. А после того, как самые тяжёлые дни прожила в прекрасной книге-сборнике фельетонов Власа Дорошевича, ну как не пойти в Московский Художественный Театр?
Ноябрь был бы совcем беспросветным без …
Когда плохо – нужно идти в театр. Там праздник, там вечность. Там огни и свет!
Бродила по фойе в окружении портретов актёров – таких живых и близких после прочтения биографий в изложении Власа, который никогда «не был беспристрастен», всегда влюблён… и проживала десятилетия МХТ.
И конечно, нет ничего актуальнее, насущнее, современнее…, чем классика.

44906
И вот он, «Обрыв» Гончарова, 19-й век, а как будто в сегодня смотришь, подглядываешь в настоящую жизнь…

«Пишу жизнь, выходит роман, пишу роман – выходит жизнь». Совсем недавно грустила в кафе над черновиком своего романа: мол, все антиутопии глубоко личные, а документальный роман – художественный, герои опять ведут себя, как хотят, и слушать ничего не желают, и я сама уже на страницах романа вовсе не я, а прапрабабка моя творит то, о чём никому не писала в письмах …
Перед спектаклем просматривала программку и прочла, что Анатолий Белый играет роль мастера в «Мастере и Маргарите» по Булгакову, и подумала, что именно таким мастера себе всегда и представляла. А глядя на метания Райского, видела себя.
bely
«Ты не кончишь никакого романа: ни писанного, ни живого!», – и внезапно гаснет свет (конец первого акта).
И все последние дни промелькнули перед глазами. Да, я снова неправильно расставляю приоритеты. Писатель должен быть анархистом. Не позволять гасить в себе свет вдохновения. Недаром Сартр писал: «Весь человек, вобравший всех людей. Он стоит всех, его стоит любой».
И словно ответом на моё выстраданное озарение: «Мудрость – это духовный опыт» прозвучали слова Гончарова: «Мудрость – это гармония идей и жизни».
После спектакля на лестнице подслушала разговор двух мальчишек лет 20-ти:
– Эта пьеса для тех, кто жизнь видел, не для нас пока. Надо будет вернуться лет в тридцать…
Странно прозвучало после моего циничного окружения, которое лет с 15-ти «типа» всё знает, и ничем не удивишь. А если человек перестал удивляться, он не развивается, он  – труп.
Вспомнился крик Райского, как утопающего: «Я хочу жить!». Без любви человек и правда не живёт, а существует безобразно и бессмысленно.
Потому что без вдохновения вообще невозможно жить.
Tags: lytdybr, Москва, Фигуры памяти, искусство, литература, особенности восприятия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments