Марго Па (margopa) wrote,
Марго Па
margopa

Тишина

Вчера был чёрный-пречёрный вечер, будто конца ноября. Ветер гнул и расшатывал до скрипа деревья. А сегодня февральская метель и за окном белым-бело…
И посуда в раковине, чтобы помыть, и мусор – стеклянный звенящий мусор, опустевшая тара из-под разноцветных заменителей радости – чтобы выбросить. Моешь, выбрасываешь, а горы стекла что в раковине, что в ведре под ней прибывают и прибывают. Иногда мне кажется, что жизнь состоит из таких вот простых действий: помыла посуду – вынесла мусор. Помогает не замечать ход времени, не отличать ноябрь от февраля. А ещё из звуков и голосов.
То, что мнится самым сокровенным, то, что храню, как кощееву смерть на кончике иглы, и ношу с собой повсюду, меня и прикончит. Маленький мир внутри комнаты, когда напряжённо вслушиваешься в чужие звуки: чьих-то шагов по лестнице, закрываемых дверей, визга шин по мокрому асфальту, бормотания телевизора (или радио) за стеной, ветра… Все эти звуки – за границей моей тишины, а внутри неё только мерное тиканье настенных часов. И я вижу, как искривляется пространство и протекает мимо, чувствую, как уходят в небытие мгновения. «Отвернись, и вещи за твоей спиной станут другими».
Тишина. Она – живая, тяжёлая, обволакивающая, разъедающая, как кислота, с осьминожьими щупальцами. Она лишает сил: хочешь включить телевизор, создать свой шум – и не можешь, вертишь беспомощно пульт в руках и продолжаешь вслушиваться, словно если сейчас мир за окнами замолчит, то и время исчезнет, и ты вместе с ним.
Тишина – хищница. С хрустом обгладывает мои минуты и часы, как голодная тигрица. Моя мечта о домике в лесу посреди осени, где звучат шероховато – виниловая пластинка Брамса, далеко – гудки поездов, за границей окна – шелест и поскрипывание деревьев… Если она воплотится, тишина доберётся до меня и раздавит. Она уже начала сопровождать меня в город: новенький плеер пылится забытый на письменном столе, а в голове тихо, как в колодце. Только капли воды: тик-так, тик-так, тик-так.  Музыкой наслаждалась пару месяцев, а потом начала находить отговорки – лишь бы не заряжать батарею. Наверное, что-то произошло на концентре Вивальди в Венеции – маленький страшный катарсис, когда вдруг поняла, что всё, что слушала до не было музыкой. А может, и раньше. Нужно попробовать найти эту точку, где всё сломалось. Записаться на сеанс регресса, вспомнить не прошлые жизни (я и так знаю, что было в них – тишина, и она убивала), а прокрутить киноплёнку этой. Мы же не помним ничего о себе, живём с амнезией, вечное сегодня, состоящее из простых действий, вещей, людей, из воспоминаний – да, но искажённых настолько, что стали фантазией.
Мой предшественник не мог покончить с собой из-за несчастной любви, он был художником, и значит, выплеснул бы горе на холст и запер внутри него же любовь. Творчество – лучшая терапия, оно помогло бы преодолеть всё, даже смерть. Но он всё же шагнул в окошко (мой незаметный шрам на подбородке, мол, родовая травма, ага, конечно, и обморочный страх высоты). Почему он сделал это с нами? Всё просто: его бросили, оставили один на один с тишиной, и он не смог с нею справиться.
Хорошо, что у меня есть ты. Внезапно просыпаешься и врубаешь по всему дому свет и телевизоры, говоришь что-то, планируешь завтрашний день, вспоминаешь вчерашний, и начинается жизнь – та самая из простых поступков: помыла посуду – вынесла мусор, уселась на кухне смотреть, как ты колдуешь у плиты. Вечное сейчас. И все эти почти неслышные заграничные звуки – голоса тишины – заглушаются нашими: кометы взрываются на канале Дискавери, мясо на сковородке шкварчит, такс пыхтит и возится на коленях… И тишина отступает. На время.    
Tags: lytdybr, Проникновение, мои сны
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments